Воздвигнуть столп по силе каждому

Размещено Окт 30, 2019 в Включить в слайдер, Приходской киноклуб, Современные публикации | Комментарии (0)

27 октября состоялось третье заседание приходского киноклуба.

Прежние будут как светильники,
а последние – как солнце.
Вам и обители приготовлены другие.
(Преподобный Лаврентий Черниговский)

14 человек собрались в монастырской библиотеке на просмотр и обсуждение фильма культового мексиканского режиссера Луиса Бунюэля «Симеон-столпник», который был создан более 50 лет назад – в 1965 году.

Кинокартина снята по мотивам жития преподобного Симеона Столпника (около 390–† 459), память которого празднуется 14 сентября (по новому стилю). Сирийский православный монах вошел в историю Церкви как основоположник новой формы аскезы – столпничества: он провел на столпе 37 лет в посте и молитве.

На первый взгляд может показаться, что режиссер вольно обращается с житием, создавая его киноверсию. Но при более глубоком рассмотрении оказывается, что перед художником стояли совсем другие задачи. О его замысле и шла речь во время весьма горячего обсуждения в библиотеке обители.

Герой короткометражного фильма Л. Бунюэля 6 лет 6 месяцев и 6 дней молился на 8-метровой колонне, находящейся посреди пустыни. Уже в этих цифрах содержится намек создателя кинокартины на число зверя. Наступили последние времена?!

Завязкой сюжета становится момент, когда Симеон переходит на более величественный столп, воздвигнутый для него богатым человеком. Невозможно не отметить, что столп-колонна становится новым местом его подвига после слов настоятеля: «Если пожелаешь, можешь перейти…» и тут же добавляет: «Всходи на свою Голгофу». Он ПОЖЕЛАЛ… Но здесь же отказался от принятия священного сана, отторгнув благословляющую его руку.

И вдруг новый кадр – настоятель обители сообщает брату Симеону: «Ты 8 лет 8 месяцев и 8 дней стоишь на столпе». Вроде как исполнилась полнота времен и перед нами уже совершенный человек в райском образе. Так ли это?!

Свободное обращение автора кинокартины с числовой символикой и непоследовательность героя только все усложняют и, наконец, запутывают зрителя. Действительно, фигура столпника двойственна: он творит неимоверный подвиг и одновременно с этим проявляет непослушание, но, как известно, «послушание выше поста и молитвы». Обличения, укоры, произносимые с высоты столпа: «Ты чист и опрятен», «Это чванливый глупец», «Не приближайся ко мне до тех пор, пока не будешь соблюдать умеренность во взгляде», «Держитесь подальше от юнца» и др., вопрос «Кого я могу благословить?» с намеком, что никто не достоин его благословения, – не очень согласуются с образом святости. Понимает ли режиссер, что он снимает? Или это фильм вовсе не о Симеоне-столпнике: его образ становится своеобразной метафорой любого человека, раздираемого противоречием между желаниями служить Богу и удовлетворять своим страстям.

Как окружающие люди относятся к подвижнику Симеону? Некоторые художественные детали фильма очень выразительны. Впрочем, это отношение и к современным христианам, людям «не от мира сего», глядя на которых, обыватели только крутят у виска. Мало сказать, что их считают странными. На них смотрят, как на зверьков в клетке. После взывания «Симеон, помоги нам» и совершившегося чуда (по сердечной молитве столпника отросли кисти рук у вора, обремененного семьей) один из местных жителей говорит: «Пойдем, мы достаточно развлеклись». Вот чего жаждет человек: развлечения! «Он читаем мысли! Он творит чудеса! Давай сходим посмотрим». Молитва до кровавого пота и ее результаты – это всего лишь, говоря современным языком, магическое шоу. Примерно так могут восприниматься молитвословия и действия, совершаемые в храме, во времена апостасии. Столпника не понимают даже собратья из монастыря. Чего стоит фраза одного из них: «Скрасим одиночество Симеона во время молитвы», – выражающая полное непонимание сути монашеского подвига. Поэтому полны горечи слова Симеона: «Иди с миром. Оставь меня на войне… Человек – самое презренное создание, оно отдаляет меня от Тебя, Господи». Как оценивать их, пусть каждый зритель определит сам. Кто-то увидит в них презрение к людям, кто-то – наоборот.

Во время обсуждения было высказано мнение о фильме как информационной диверсии. С другой стороны, он удивительно примитивен. По сравнению с «Островом» П. Лунгина – это бледное пятно. Человек, ничего не знающий о христианстве, получит весьма странное представление об этой вере. Он увидит извращение любви: Симеон букашку, залетевшую к нему на столп, пожалел, а матери сурово говорит: «Отойди от меня!» Обывателю трудно объяснить, почему Симеон не хочет ни с кем общаться (этакий бука, неприветливый человек!). Но опыт святых отцов предупреждает: когда сосредоточенная молитва прерывается пустыми разговорами, удовлетворяющими любопытство, то после них у подвижника открывается такая духовная борьба, что ее может вынести только очень сильный и искушенный в битве с дьяволом человек. «Я не помню конца молитвы», – готов заплакать Симеон после общения с одним пустейшим иноком, отнявшим у него время. И после преодоления этого состояния он услышал в свой адрес от сатаны, потерпевшего поражение: «Свинья ты последняя. Я вернусь, патлатый».

В фильме сатана приходит к подвижнику в разных образах: девочки, чтобы пробудить в нем жалость, сострадание к ребенку и желание вернуться в мир; блудницы, переодетой в Самого Иисуса Христа, чтобы вызвать вожделение и тщеславие; в третий раз он является с открытой личиной, чтобы отравить Симеона неверием в помощь Божию и ввергнуть его в бездну самых грязных грехов «радиоактивной плоти».

Может даже показаться, что «Симеон-столпник» – один из самых ироничных и безжалостных по отношению к христианству кинофильмов и Бунюэль богохульствует. Если посмотреть на фильм с этой стороны, он говорит о бессмысленности любого подвига. Так ли это, открыто в развязке, которая одновременно является завязкой второй части дилогии.

Смысл финала кинокартины, по мнению собравшихся, можно объяснить только если взять во внимание, что сатана перенес Симеона в другое время (на полторы тысячи лет вперед – в середину ХХ века) против его воли. Это было нужно автору картины для выражения главной мысли: в любое время, особенно когда «орды антихриста идут на Рим», трудно быть христианином, трудно исполнить заповеди Божии.

Было время пустынников, но оно прошло. Кто-то скажет: времена всегда одни и те же. Но Луис Бунюэль утверждает: другое время – другие подвиги!

Невольно вспоминается предсказание, рассказанное в Древнем патерике, о монашестве последних перед приходом антихриста поколений:

«Святые отцы скита пророчествовали о последнем поколении, говоря: “Что сделали мы?” И один из них, великий по жизни по имени Исхирион, сказал: “Мы сотворили заповеди Божии”. Еще спросили: “Следующие за нами сделают ли что-нибудь?” – “Они достигнут половины нашего дела”. – “А после них что?” – “Не будут иметь дел совсем люди рода этого, придет же на них искушение, и оказавшиеся достойными в этом искушении будут выше нас и отцов наших”.».

В фильме Симеон-столпник оказывается в современном мегаполисе с его стремительной жизнью (любой небоскреб – чем тебе не столп!): он переносится на танцпол, где все с поразительной самоотдачей беснуются в ритме рок-н-ролла. Под грохот музыки и ее зазывающих кадансов невольно хочется вскочить со своего стула и закружиться со всеми вместе, но Симеон сдерживается и остается на своем месте с тоской в глазах (трубка у него во рту – это, конечно, авторский перебор). На самом деле, как в этом угаре сохранить себя? Можно сойти с ума. И он снова в пустыне… среди людей.

Очевидна незаконченность кинокартины. Возможно, авторская мысль раскрылась бы полнее, если бы Л. Бунюэлю хватило денег на реализацию замысла. Очевидно, в Нью-Йорке ХХ века его герой пережил бы несколько искушений, подобных по силе представленным в первой части, и, как знать, удалось бы ему справиться с ними? Действительно, как выжить в мире, где иллюзорная жизнь кажется реальной и наоборот. В этом смысле «Симеон-столпник» – пророческий фильм. Как решиться молиться, поститься, когда вокруг все невоздержанны. Как проповедовать бытие Божие и Истину в мире, где все ненастоящее, а в них никто не нуждается.

Фильм вызвал много вопросов практической православной жизни:

Как молиться, если тебя постоянно окружают люди?

Как общаться в интернете?

Надо ли защищать веру и Церковь от нападок в соцсетях?

На них ответил батюшка Алексий Исмагилов.

Мысли участников киноклуба записала В. Чемезова, зав. архивным отделом монастыря

Вы тоже можете стать участником киноклуба.
Следите за анонсами!

(37)

Объявление

Оставить ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

[FTVI]
Перейти к верхней панели